– Кусают? – спросил я.

– Покусывают, – уклончиво ответил Бе.

Подожди, читатель. Я что-то увлекся. В этой главе я должен вкратце рассказать о сущности Ыдык, а не описывать подробности нашего общения. Итак, слушай.

Ыдыка Бе, как и все Ыдыки, особенно сидельные Ыдыки, всегда находится внутри любой информации, одновременно оставаясь снаружи ее. Приближение третийного возраста для сидельных Ыдыков часто чревато разтроением «Я», что приводит к тройственному созерцанию за этой информации. Четвертийный возрастной рубеж возвращает их к исходному состоянию.

Разтроеные Ыдыки опасны лишь для Ыдыков, не достигших нравственной зрелости и смотрщиков Закрытых обиталищ. Барые дедеки не могут в их присутствии Дерить, а смотрщики Закрытых обиталищ не могут смотреть.

Как отражается контакт с разтроеными Ыдыков обитателей Закрытых обиталищ никто не знает.

7. Елена Ароновна, соседская ведьма

Революция свершилась. Коммунист говорит матери:

Ну, теперь у нас всего вдоволь будет: и еды, и одежды, и товаров!!

Совсем как при царе, – комментирует мать.

– Ни одна живая душа не должна об этом узнать! – строго сказал нечистый пенсионер Зюгатофель. Потом он немного подумал (в телефонной трубке было слышно его трудное дыхание и зримо виделось шевеление мясистого носа) и добавил: – Старшим коммунальным ведьмам, пожалуй, можно рассказать.

Старшие коммунальные ведьмы (big vеdimacus urbanicus kommunisticus) были важны для деятельности престарелого синекурца, так как на зловредных митингах они выкрикивали лозунги и собирали пожертвования у людей и нелюдей.

Елена Ароновна кивнула головой.

– И нечего кивать! – взвизгнул Зюгатофель. – За нами тысячи душ человеческих. Нас – тьмы и тьмы, и тьмы. И мы – не скифы. Как учил наш духовный вождь: конспирррация и еще раз конспирррация. Не кивайте, а выполняйте, мадам Елена.